Как написать стихотворение футуризм

Футуризм в литературе

Что такое Футуризм в литературе

Футуризм в литературе — это итальянское авангардное движение, начатое в 1909 году, которое придавало особое значение динамизму современного мира, оригинальности и новаторству.

Футуризм отрицал традиции, призывал к конфликтам и насилию, а также к разрушению культурных учреждений (музеев, библиотек). Футуристы отказались от искусства прошлого, чтобы открыть новую эпоху, они воспевали перемены, отрицая традиции.

Основателем футуризма считается итальянский писатель Филиппо Томмазо Маринетти (1876–1944).

Футуризм — это авангардистское движение XX века в литературе и искусстве, которые было распространено в России и Италии.

Футуристический — то, что было создано на основе футуристических идей, с использованием футуристических приёмов.

Особенности футуризма:

Представители (поэты-футуристы):

Футуризм в русской литературе

Русский футуризм зародился в России как восстание против символизма (подобно итальянскому). Русские футуристы разделились на два направления: кубофутуризм и эгофутуризм.

Кубофутуризм призывал расширять язык произвольными и производными словами. Основными представителями кубофутуризма были поэты Давид Бурлюк, Владимир Маяковский, Велимир Хлебников.

Одной из самых известных футуристических литературных групп была «Центрифуга». Она существовала в Москве на протяжении нескольких лет (1914–1922 гг.), её членов считали больше кубофутуристами (Б. Л. Пастернак, С. П. Бобров и др.).

Эгофутуризм уделял внимание городским образам, экспериментам в рифмах, эксцентричным и новым словам. Эгофутуристов больше интересовало интенсивное исследование своего «я». Эти поэты использовали менее строгий метод экспериментирования (типографически).

Среди поэтов эгофутуристов есть такие имена, как: Василиск Гнедов, Игорь Северянин, Константин Олимпов.

Футуристы — поэты Серебряного века

Владимир Маяковский (1893–1930);

Велимир Хлебников (1885–1922);

Игорь Северянин (1887–1941);

Давид Давидович Бурлюк (1882–1967);

Сергей Михайлович Третьяков (1892–1937);

Бенедикт Константинович Лившиц (1887–1938);

Константин Аристархович Большаков (1895–1938); и др.

Футуристические стихи

«Жарбог! Жарбог!
Я в тебя грезитвой мечу,
Дола славный стаедей,
О, взметни ты мне навстречу
Стаю вольных жарирей.
Жарбог! Жарбог!
Волю видеть огнезарную
Стаю легких жарирей,
Дабы радугой стожарною
Вспыхнул морок наших дней».
«Жарбог! Жарбог!», Велимир Хлебников

«Крылышкуя золотописьмом
Тончайших жил,
Кузнечик в кузов пуза уложил
Прибрежных много трав и вер.
«Пинь, пинь, пинь!» — тарарахнул зинзивер.
О, лебедиво!
О, озари!»
«Кузнечик», Велимир Хлебников

«Через час отсюда в чистый переулок
вытечет по человеку ваш обрюзгший жир,
а я вам открыл столько стихов шкатулок,
я — бесценных слов мот и транжир.

Вот вы, мужчина, у вас в усах капуста
где-то недокушанных, недоеденных щей;
вот вы, женщина, на вас белила густо,
вы смотрите устрицей из раковин вещей.

Все вы на бабочку поэтиного сердца
взгромоздитесь, грязные, в калошах и без калош.
Толпа озвереет, будет тереться,
ощетинит ножки стоглавая вошь.

А если сегодня мне, грубому гунну,
кривляться перед вами не захочется — и вот
я захохочу и радостно плюну,
плюну в лицо вам
я — бесценных слов транжир и мот.»
«Нате!», Владимир Маяковский

Источник

Справочник поэта! Символизм. Акмеизм. Футуризм

Части первая и вторая.
Часть I

Словарь Литературоведческих Терминов., Москва, 1988:

Однако реальность, к которой настойчиво стремился Акмеизм., ограничивалась природой, картинами прошлого, галантной экзотикой, миром вещей и личными взаимоотношениями людей. Создав немало интересных лирических стихов, акмеисты поэтому не смогли стать вровень с запросами революционного времени, а в ряде случаев вступали с ним в противоречие. Слабости Акмеизма отметил в своей статье «Без божества, без вдохновенья» Александр Блок.

Многие символисты выражали идеи декаданса, отражая пессимистические настроения, создавая символы смерти, увядания. Но к символам прибегали и поэты, занимающие прогрессивные позиции, например, бельгийский поэт Эмиль Верхарн, автор поэтического сборника «Города-спруны», немецкий драматург Г. Гауптман, автор драмы «Потонувший колокол», бельгийский драматург М. Метерлинг, создатель драмы «Синяя птица».

В. Брюсов и А. Белый проявили себя в последние годы творчества как художники гражданского склада. Поэма » Двенадцать» А. Блока (1918), стоящая у истоков советской поэзии, соединяет черты как реалистической, так и символистской поэтики.

Словарь Литературоведческих Терминов.
Справочные материалы.
Материалы для журнала «Мастерство и Вдохновение»
———————————————————

Дополнительные материалы о Футуризме:

http://www.stihi.ru/2005/11/16-1846
«Журнал *Мастерство и Вдохновение* о поэте В. Маяковском!»

Раннее творчество Маяковского удивит любого читателя. Большинство поэм его не переведены. Версия перевода «Послушайте», представленная в данной публикации, является самой лучшей среди всех вариантов перевода этого стихотворения. Ритмика и музыка перевода by Maria Enzensberger with a foreward by Elaine Feinstein поразила всех литературоведов в мире. Эта версия наиболее точно передаёт индивидуальность поэта.

Творчество Владимира Маяковского стартовало в 1912 на Московском бульваре. Стихи родились в непринуждённой беседе с Давидом Бурлюком, студентом и другом поэта. Давид Бурлюк представил молодого Владимира Маяковского своим друзьям. Бурлюка считают *отцом Русского футуризма*. В это время в искусстве развивались течения кубизма в живописи и футуризма в поэзии. Гуро, Ларионов, Каменский, Гончарова, Татлин, Малевич публиковали всевозможные литературные иллюстрации,организовывали художественные выставки, публичные лекции и дебаты с целью нести новое искусство в жизнь.Кубо-Футуризм был освоен московскими футуристами в 1913 году, они нашли связь между футуризмом в поэзии и кубизмом в живописи.

Listen,
if stars are lit,
it means there is someone who needs it.
It means that someone wants them to be,
that someone deems those speckles of spit
. magnificent.

And overwrought,
in the swirls of afternoon dust,
he bursts in on God,
afraid he might be already late.

In tears,
he kisses God’s sinewy hand
and begs him to guarantee
that there will definitely a star.

He swears
he won’t be able to stand
. the starless ordeal.

Later,
he wanders around, worried,
but outwardly calm.
And to someone else, he says:

«Now,
it’s all right.
You are no longer afraid,
are you?»

Listen,
if stars are lit,
it means there is someone who needs it.
It means it is essential
that every evening
at least one star should ascend
over the crest of the building.

Источник

История возникновения

Основоположником направления считают итальянского поэта Филиппо Маринетти. Его стих «Красный сахар» — первое произведение нового направления. После него, в 1909 году писатель выпустил манифест течения в газете «Фигаро». Там он кратко и понятно определил отличительные черты футуризма, описав их как культ будущего и отказ от прошлого. Послание было ориентировано на молодых творцов.

Позже к нему присоединились такие творцы, как Балла, Боччони, Руссоло, Карло Карра, Джино Северини, Франческо Балилла Прателла. К 1912 году направление получило довольно широкое распространение, и в одном из музеев Парижа состоялась первая выставка художников-футуристов.

В России течение начало приобретать популярность в 1910—1911 годах. Оно пришлось по душе бунтарскому народу, совпало с недовольными современностью настроениями толпы. Последователи нового течения создали несколько литературных организаций со своими кодексами и уставами.

Расцвет футуризма был коротким, но ярким. Первые футуристы быстро добились славы и довольно скандальной известности, но очень скоро ушли на покой. Уже в 1914 году футуризм начал давать сбои и направление пережило кризис. Но его представители уже успели выполнить свою историческую роль и преподать нужный урок.

После Октябрьской революции и победы большевиков футуризм окончательно угас. Некоторые из деятелей направления умерли, другие сбежали из страны, третьи решили попробовать себя в других стилях. Последние последователи течения издавали свои произведения под маркой «ЛЕФ». Их самые поздние работы датируются 1920-ми годами.

Отличительные черты

Последователи направления считали свои работы «творчеством будущего». В них явно читалось презрение к старым правилам и законам, стремление и инновациям и экспериментам. По содержанию творчество было очень разнообразным. Основные особенности футуризма были неоднократно определены и подчёркнуты его последователями. Среди них:

Для футуризма было характерно отрицание преемственности литературных течений и заслуг старых классиков, а значит, и стремление оторваться от них. Направление стремилось развить право каждого деятеля на индивидуальный стиль, лишённый связей с другими.

В поэзии и литературе

Главной особенностью футуризма в литературе стал практически полный отказ от привычных правил орфографии, грамматики и стилистики. Авторы стремились создать свой индивидуальный стиль, экспериментируя со словоформами, речевыми конструкциями, ритмом и интонацией. Таким образом, футуризму в литературе свойственны такие черты:

В России футуризм представлялся по большей части поэтами. Частью их философии был отказ от славы и личного признания, концентрация на своей группе. Потому деятели издавали не отдельные произведения, а сборники.

В изобразительном искусстве

Как и литература, изобразительное искусство в стиле футуризма базировалось на отказе от традиций. Его отличительные черты:

Футуристы стремились сделать зрителя не просто участником, а центральной фигурой своих картин. Для этого использовалось множество психологических и визуальных приёмов.

Видные деятели и группы

Течение футуризма просуществовало относительно недолго, потому не может похвастаться большим количеством ярких представителей. Поэты, художники и писатели, объединённые этим течением, по традиции собирались в группы, объединяющие людей с похожими взглядами. В России направление представляли кубофутуристы и эгофутуристы.

Давид Бурлюк

Д. Бурлюк считается первым футуристом в России. Он стал основателям популярной ассоциации поэтов «Гиллея» и поучаствовал в создании сборников «Садок гусей», «Пощёчина общественному вкусу» и других. Творец считал, что художественное произведение — это аккумулятор, энергия которого способна направлять мысли толпы.

Задачей Бурлюка был поиск новых путей в развитии искусства. По его мнению, новые течения в творчестве должны были отражать изменения в бурно развивающемся обществе XX века. Художник очень любил экспериментировать — именно он первым в мире стал использовать для декорации своих работ кусочки фанеры, металлические шестерёнки и детали механизмов, пластины. Отражение этой идеи до сих пор можно найти в дизайне.

После анархических бунтов в СССР Бурлюк переехал в Японию, где продолжил писать картины. Деньги от их продажи он использовал для последующей эмиграции в США. Оттуда он продолжал (в основном через друзей) издавать свои работы на территории родной страны. Стремясь заработать славу «отца русского футуризма», поэт постоянно писал в газеты и предлагал свои произведения издательствам, но те отвергали их.

Для футуризма Бурлюк был не только деятелем, но также критиком и наставником. Известный поэт В. Маяковский называл его своим учителем. Среди заметных трудов писателя можно выделить такие произведения, как «Толстой», «Горький», «Энтелехизм», «Рерих. Жизнь и творчество», «Радио-манифест».

Читайте также:  Как правильно пишется цифрами миллион сто

Игорь Северянин

И. Северянин (настоящая фамилия — Лотарёв) дал новое определение футуризму, основав течение эгофутуризм. Его главной темой стало самовыражение, достижение «будущего я» из «настоящего» путём развития эгоизма. Что интересно, сам поэт покинул созданное им движение менее чем через год после основания. Причиной этого стало то, что он посчитал его цель достигнутой в рамках своего творческого пути.

Расставание с группой сопровождалось громким скандалом, но он не смог выбить поэта из колеи. Позже он неоднократно выступал на публике и выпускал в свет успешные произведения: «Громокипящий кубок», «Поэзоконцерт. Избранные поэзы для публичного чтения», «Варвэна», «Минестрель», «Миррэлия» и другие.

Кубофутуристы и «Гилея»

Основоположники футуризма и самая распространённая группа его представителей. Среди русских поэтов они были представлены группой «Гиллея», противопоставленной эгофутуристам. Направление было основано на принципах кубизма — течения живописи, основанное на стремлении показать трёхмерный объект с разных сторон. Он как бы разбирался на части, а затем собирался заново, показывая ракурсы и детали, непередаваемые при классическом изображении предмета с одной грани.

Представители кубофутуризма противопоставляли себя классической литературе и хотели сбросить её с пьедестала. Футуристы считали, что настоящую красоту поэзии можно выразить только свободным, раскрепощённым языком. Они бросали вызов всем установленным правилам грамматики, пунктуации и составления стихов. Самоценное слово противопоставлялось содержанию, литературному языку, поэтическому ритму, синтаксису, этимологии.

«Ассоциация неофутуристов»

Деятели этой организации относятся к представителям эгофутуризма. Среди них выделяют и. Северянина и И. Игнатьева. Просуществовала группа и её течение с 1911 до 1914 года. В отличие от предшествующего «Гилея», представители футуризма новой волны опирались не на коллективные наработки, а на индивидуальный стиль Игоря Северянина. Его особенности:

Первоначально организация обосновалась в литературном кружке «Ego», который И. Северянин основал совместно с К. Олимповым. Позже, в 1913 году, они создают «Академию эгопоэзии», в список участников которой входят Г. Иванов и С. Петров, затем под руководством И. Иванова возникает «Интуитивная ассоциация эгофутуристов», куда входят П. Широков, В. Гнедов и Д. Крючков.

Их целью, по собственному признанию, было «достижение возможностей будущего в настоящем». Ключом к этому писатели считали развитие эгоизма. Программным манифестом их идей стал сборник «Грамата» (слово искажено намеренно), произведения которого впитали все черты и признаки футуризма того времени.

«Мезонин поэзии»

Организация была основана в 1913-м. Просуществовала она недолго, распавшись в конце того же года. Видными деятелями группы были В. Шершеневич, Р. Ивнев, К. Большаков, Б. Лавренёв, Л. Зак, С. Третьяков. Среди основных идей поэтов было уничтожение национальных и культурных различий в поэзии — организатор группы считал, что общество большого города постепенно само сотрёт их. Он назвал лирику будущего «космополитичной».

Объединение желало повторить успех «Гилеи», одновременно противопоставляя себя ей. Но в составе группы оказалось недостаточно талантливых людей, чтобы сформировать собственную уникальную поэтическую базу. Участники были объединены скорее деловыми и культурными интересами, чем идеологическими и политическими взглядами, потому группа просуществовала недолго.

Среди творчества поэтов организации выделяются три альманаха: «Пир во время чумы», «Вернисаж» и «Крематорий здравомыслия». Кроме того, они выпустили несколько сборников стихотворений.

Объединение «Центрифуга»

Организация была основана в январе 1914 года. Её участниками стали такие деятели культуры, как Б. Пастернак, А. Есеев и С. Бобров. Ранее поэты занимались творчеством под крылом издательства лирика. Позже с объединением связывали Б. Гордеева, И. Аксёнова, Г. Петникова. Группа сохраняла активность до 1917 года, а произведения под её маркой продолжали выпускаться в свет до 1922-го, что сделало «Центрифугу» самым долгоживущим объединением приверженцев неофутуризма.

Главной особенностью творчества представителей группы стало смещение основного акцента лирического произведения со слова на интонацию, ритм, синтаксис. Именно за счёт них до читателя доносился смысл и настроение стиха. Участники «Центрифуги» в своих работах органично сочетали старые традиции и новые направления в футуризме серебряного века.

Источник

Крючков В.П.: Русская поэзия XX века
Футуризм в русской литературе

Футуризм в русской литературе

Итальянский футуризм. «Манифест о футуризме» Ф. Маринетти

Слово «футуризм» (от лат. futurum – «будущее») впервые появилось в названии «Манифеста. » итальянского поэта Филиппо Томмазо Маринетти, напечатанного 20 февраля 1909 года в газете «Фигаро». Футуристы заявили о себе как о создателях нового искусства – искусства технического века. Это искусство, по замыслу футуристов, должно отражать новые реалии, новые ритмы нового времени. Если бы понадобился эпиграф к футуризму как направлению в искусстве и литературе начала ХХ века, им вполне могли бы стать слова из «Манифеста. » Маринетти: «. жизнь мотора волнует [футуриста. – В. К.] больше, чем улыбка или слезы женщины». По меткому определению одного из критиков, футуризм – это великое опьянение современностью.

Через три года (в 1913 году) Маринетти опубликовал новый манифест – «Технический манифест футуристической литературы». В нем были сформулированы технические (из области литературной техники) нововведения футуристов, которые вытекали из их стремления выразить темпы современной жизни: декларировалась максимальная экономия литературных средств, футуристы отказывались от «медленности, мелочей, многословных анализов и объяснений»; стремились к «быстроте, к сокращению, к резюмированию и к синтезу». «Скажите мне поскорее, в двух словах!» – отсюда разрушение общепринятого синтаксиса, опущение союзов, знаков препинания, «телеграфические образы» и т. д. Механицизм эстетики футуризма, милитаризм и шовинизм Маринетти и некоторых других футуристов привели в 1913–1915 годах к его распаду. Русскому футуризму милитаристские, шовинистские тенденции итальянского футуризма были чужды.

Футуризм получил развитие и в изобразительном искусстве. Одним из характерных произведений, например, итальянского футуристического изобразительного искусства, отражающим повышенный интерес к динамике новой эпохи, является картина Джакомо Балла (1871–1958) «Собака на цепочке». На картине изображена бегущая на поводке многоногая такса. Художник, изображая последовательные моменты движения, передает сам процесс движения бегущей таксы. На полотнах своих произведений художники-футуристы стремились передать, «изобразить» всевозможные звуки, уличные шумы. Для этого они окружали источник звука ярко окрашенными дугами и кругами, которые должны были олицетворять колебания звуковых волн и т. п. Оставили свой след футуристы и в архитектуре: ими был создан ряд фантастических проектов «городов будущего», и эти проекты предвосхитили собой некоторые тенденции современной архитектуры.

Характерными чертами футуризма как течения в литературе и изобразительном искусстве являются: отрицание традиционной классической культуры, ее ценностей; культ техники, технической цивилизации, стремление выразить динамику современной жизни, урбанизм; культ героя технического века, расшатывающего «одряхлевший» мир; максимальная экономия литературных средств; поэтика футуризма – это, как правило, поэтика эпатажа, алогизма, зауми.

Футуризм в русском изобразительном искусстве начала ХХ века

Русский футуризм, как и итальянский, особенно активно проявил себя в литературе и изобразительном искусстве. В России футуризм на первых порах заявил о себе в живописи, затем – в поэзии. Однако в действительности русский футуризм не вылился в целостную художественную систему. Термином «футуризм» обозначались самые разные тенденции русского авангардизма – неопримитивизм, лучизм, кубофутуризм, поиски художников, созвучные экспрессионизму, фовизму, дадаизму. Как направление в изобразительном искусстве и литературе футуризм существовал до начала 1920-х годов.

Наиболее известные русские художники-футуристы: Д. и Н. Бурлюки, М. Ларионов, Н. Гончарова, М. Матюшин, Н. Кульбин, А. Экстер и другие. Художники-футуристы многое заимствовали у кубистов: Натана Альтмана («Анна Ахматова», 1914), Роберта Фалька («Крымский дворик», 1915), Казимира Малевича («Уборка ржи», 1912). Кубисты отказались от передачи атмосферы и света, трехмерной перспективы; объект в их произведениях представлен в виде множества пересекающихся плоскостей, отсюда многомерная перспектива; объект изображался одновременно с многих точек зрения, как комбинация геометрических фигур, благодаря чему зритель мог видеть разные стороны объекта. Изображение становилось безличным, то есть безоценочным. Был узаконен коллаж как прием. Подчеркивалось изначальное сходство всех изображаемых предметов, состоящих из одних и тех же первоэлементов. Мы видим элементы кубизма, широко распространенные в изобразительном искусстве 1910-х годов, в «Уборке ржи» К. Малевича, где фигуры и пейзаж, толпа и снопы, живые и неживые тела трактуются одинаково. К. Малевич как бы одевает русских крестьян в стальные одежды промышленности.

Одно из самых репрезентативных кубофутуристических произведений – картина К. Малевича «Авиатор» (1914). Для нее характерна та же геометризация изображения, что и для кубистов. Но у футуристов (кубофутуристов) геометризация играет меньшую роль и присутствует не всегда. В «Авиаторе» геометризованная, закованная в металлические латы фигура венчается головой в цилиндре. Поверх лица изображена вилка, не столько выписанная, сколько воссозданная, вещная. Здесь же присутствует пила, игральная карта (символизирующая, видимо, рискованный характер авиации первых ее лет) и вывески («аптека», что, в общем-то, тоже понятно в данном случае), которые плавают в безвесии. Как бы парит и сама фигура авиатора. Пространство лишено перспективы и горизонта, состоит из цветных плоскостей и цилиндрических объемов. Реальные формы, объекты тяготеют к криптограмме, к зашифрованности.

Типичными кубофутуристическими «произведениями» стали портреты Владимира и Давида Бурлюков в книге Василия Каменского «Танго с коровами» (1914). Другой поэт-футурист – Бенедикт Лифшиц (автор книги о русском футуризме «Полутораглазый стрелец») так описывал работу над его портретом художника-футуриста В. Бурлюка: «Владимир пишет мой поясной портрет. Меня сейчас разложат на основные плоскости, искромсают на мелкие части и, устранив таким образом смертельную опасность внешнего сходства, обнаружат досконально “характер моего лица”».

Футуризм как «движение» в русской литературе начала ХХ века. Кубофутуризм

Временем рождения русского футуризма считается 1910 год, когда вышел в свет первый футуристический сборник «Садок судей» (его авторами были Д. Бурлюк, В. Хлебников и В. Каменский). Вместе с В. Маяковским и А. Крученых эти поэты вскоре составили наиболее влиятельную в новом течении группировку кубофутуристов: «кубо» – от пропагандировавшегося ими в живописи кубизма, «футурум» – будущее. Было и другое название у этой футуристической группы – «Гилея» (так на древнегреческом языке называлась та часть Таврической губернии, где в 1910-е годы жила семья Бурлюков и куда в 1911 году приезжали поэты нового объединения). Поэт В. Хлебников дал группе еще одно название – будетляне; по словам В. Маяковского, «будетляне – это люди, которые будут. Мы накануне».

В декабре 1912 года вышел в свет сборник кубофутуристов «Пощечина общественному вкусу». Этот сборник открывался программной статьей, которую подписали Д. Бурлюк, А. Крученых, В. Маяковский, В. Хлебников). Позиция группы была выбрана разрушительная и скандальная. «Только мы – лицо нашего Времени», – утверждали они.

Но кубофутуристы не были единственной литературной футуристической группой:

Существование каждой из футуристических групп было недолгим: они появились перед Первой мировой войной и распались в первые военные годы. Каждая из этих групп считала, как правило, именно себя выразительницей идей «истинного» футуризма и вела ожесточенную полемику с другими группами.

Читайте также:  Как пишется офицерские погоны

Говоря о футуристах, чаще всего имеют в виду самых известных из них – кубофутуристов: Владимира Маяковского, Велимира Хлебникова, Алексея Крученых, Василия Каменского и других. Наглядное представление об их литературной программе дают цитаты из их сборников («Садок судей П», «Пощечина общественному вкусу» и др.): «Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. С Парохода Современности»; «Живописцы-будетляне любят пользоваться частями тел, разрезами, а будетляне-речетворцы разрубленными словами, полусловами и их причудливыми хитрыми сочетаниями (заумный язык)»; «Мы расшатали синтаксис. Мы стали придавать содержание словам по их начертательной и фонической характеристике»; «Гласные мы понимаем как время и пространство (характер устремления), согласные – краска, звук, запах»; «Нами сокрушены рифмы. Хлебников выдвинул поэтический размер живого разговорного слова. Мы перестали искать размеры в учебниках. «; «Мы считаем слово творцом мифа: слово, умирая, рождает миф, и наоборот».

Футуристы объявили о приходе художника с новым взглядом на мир, глашатая нового мира, и А. Крученых в статье «Декларация слова, как такового» (1913) заявлял: «Художник увидел мир по-новому и, как Адам, дает всему свои имена. Лилия прекрасна, но безобразно слово лилия, захватанное и “изнасилованное”. Поэтому я называю лилию еуы – первоначальная чистота восстановлена».

Эстетические, литературные принципы футуристов, как и названия их сборников («Пощечина общественному вкусу», «Дохлая луна», «Доители изнуренных жаб», «Танго с коровами») потрясали современников, вызывали возмущение и всевозможные упреки. Футуризм как явление выходил за рамки собственно литературы: он воплощался в самом поведении участников течения. Необходимым условием его существования стала атмосфера литературного скандала. Вызывающе оформлялись публичные выступления футуристов: начало и конец выступлений отмечались ударами гонга, К. Малевич являлся с деревянной ложкой в петлице, В. Маяковский – в «женской», по тогдашним критериям, желтой кофте, А. Крученых носил на шнуре через шею диванную подушку и т. п. В действительности же далеко не всё, чем футуристы удивляли публику, следует воспринимать всерьез. В. Маяковский сам вскоре, с началом войны, признал: «. у нас было много трюков только для того, чтобы эпатировать буржуа. футуризм для нас, молодых поэтов, – красный плащ тореадора. «

Общей основой движения было стихийное ощущение «неизбежности крушения старья» (В. Маяковский) и стремление осознать и выразить через искусство грядущий мировой переворот и рождение нового человека. Но была поставлена цель не только осознать и выразить смену эпох, – искусство само должно было стать активной преобразующей силой, способной преобразить мир.

В отличие от своих предшественников символистов, футуристы стремились сделать литературное искусство, литературное слово демократичным, массовым (поэзия должна была вырваться из темницы книги и зазвучать на площади); стремились дать в искусстве современные, адекватные новому динамичному времени средства самовыражения. В. Хлебников даже пытался предложить человечеству новый универсальный язык. По размаху жизнетворческих притязаний футуристы превосходили символистов. Слово у футуристов опредмечивалось, то есть становилось самоценным, самодостаточным (не отражающим, а замещающим предметы и явления, само становящееся предметом); его можно было дробить, переиначивать, создавать новые комбинации морфем и звуков.

Любопытными были эксперименты футуристов (прежде всего В. Хлебникова, В. Маяковского, А. Крученых) в области стиха, поэтического слова. Так, в свое время скандальную известность получило «стихотворение» А. Крученых «Дыр – бул – щыл. «:

Дыр – бул – щыл
Убещур
Скум
Вы – со – бу
Р – л – эз

Сам А. Крученых утверждал: «. в этом пятистишии больше русского национального, чем во всей поэзии Пушкина». Стоит ли принимать всерьез это утверждение? Есть ли в этом «стихотворении» что-либо, помимо желания эпатировать публику? Коль скоро мы не можем говорить о содержательной стороне этого произведения (для этого просто нет оснований), то все дело здесь, очевидно, заключается в звуковой оболочке – звучании (фоносемантике) придуманных Крученых «слов». Иначе, является ли звуковая оболочка, одежда слова содержательной? Как относиться к «заумному языку» («зауми») футуристов?

Согласно исследованиям А. П. Журавлева и других ученых, информацию несут не только слова (их лексические значения), но и звуки, звуковая оболочка слова. Например, звуки имеют цветовые соответствия: [а] – ярко-красный; [о] – яркий светло-желтый или белый; [и] – светло-синий; [е] – светлый желто-зеленый; [у] – темный сине-зеленый; [ы] – тусклый темно-коричневый или черный. Звуки имеют также эмоциональные соответствия: [д] – темный, холодный, печальный; [р] – шероховатый и т. д.

Василий Каменский. Анализ произведений. («Танго с коровами», «Дворец С. И. Щукина»)

Кубофутуристы также активно использовали композиционные и графические эффекты в своей поэзии. Одним из самых известных футуристических изданий стала книга В. Каменского «Танго с коровами» (1914). Книга имеет непривычную – пятиугольную – форму. Она напечатана на дешевых комнатных обоях желтого цвета в знак протеста против роскошных буржуазных изданий, что имело для будетлян принципиальный характер. Кроме того, желтый цвет раздражает (еще В. Кандинский писал: «От лимонно-желтого уху больно, как от высокого звука флейты, киноварь притягивает, как огонь, глаз ищет покоя в синем и зеленом»), чего и добивались авторы книги. Однако, по наблюдениям критиков, «вульгарный материал из отчаянно-резких, мещанских обоев обернулся в книге неожиданной изысканностью, обогатил ее сочным цветом».

Вызывающим является само название – «Танго с коровами». Танго в то время воспринимался как танец несколько фривольный. Тем более эпатирующе должно было звучать «танго с коровами». Характерен и подзаголовок – «железобетонные поэмы». Железобетон – это новый строительный материал технического ХХ века. Он только начинал входить в обиход, и футуристы, с их бунтом против сладкозвучных эвфемизмов символистов, подхватили это новое слово из лексикона строительной техники. Кроме того, поэмы в этой книге Каменского как бы собраны, составлены из отдельных блоков-глав. Почти каждая из поэм размером была в одну страницу и умещалась на одной странице. И это позволяло одновременно читать и видеть всю поэму.

Поэма «Дворец С. И. Щукина» выглядит как путеводитель по залам П. Сезанна, К. Моне, П. Пикассо, П. Гогена, В. Ван Гога, А. Матисса (на плане обозначена и «лестница»). Причем каждому залу, где представлены картины того или иного художника, посвящена отдельная «глава», заключенная в отдельную геометрическую фигуру. Этот путеводитель был заполнен и именами художников, и краткими названиями их картин, и характеристиками их красочной палитры, и собственными стихотворными комментариями поэта-автора. Поэмы в этой книге не только по внешнему виду, но и по своим текстам представляют собой коллаж московской жизни того времени со всеми ее точными реалиями (поэмы «Цирк Никитина», «Дворец С. И. Щукина» и др.).

Поэмы В. Каменского имеют свою топографию и свою конфигурацию набора. Текст поэм не был «бесцветным и серым»: в одной строчке, в одном слове чередовались шрифты полужирные и светлые, прописные и строчные, курсивные и прямые; буквы разного начертания и разного размера. Так, «Полет Васи Каменского на аэроплане в Варшаве» заключен в треугольник. При этом поэт специально ориентирует читателя: «читать снизу вверх». И если последовать этому совету, то мы окажемся не столько читателями, сколько зрителями графического полета аэроплана. По мере отрыва его от земли, здесь – от нижнего края страницы, строчки становятся все короче, шрифт мельче, пока аэроплан не превращается в едва различимую, как знак или точку, одну букву. Эта поэма – один из примеров визуальной поэзии.

Интересно, как сами футуристы трактовали свои поэтические и живописные произведения. В 1914 году, на выставке «№ 4» («Футуристы, лучисты, примитив») экспонировались работы В. Каменского. Одна из них – конструкция «Падение с аэроплана». В. Каменский описывает ее следующим образом: «“Падение с аэроплана” я изобразил так: на фоне железного листа, прицепленного к крючку этак на вершок от стены – свешивалась на проволоке пятифунтовая гиря с нарисованным на ней лицом. Внизу, под гирей, в луже крови – сурика – обломки аэроплана. Для достижения полного впечатления надо было трясти за угол “картины” – тогда голова ударялась об железо и вообще получался гром грозы. Вот Володя и забавлялся как ребенок, тряся “картину” и хохотал на всю выставку вместе со зрителями. А зрители требовали – “Маяковский, объясните этого художника”. Маяковский объяснял: – Во-первых, Вася Каменский не художник, а поэт. Во-вторых, это не картина, а веселая игра, изображающая гром радости по случаю того, что хотя Вася упал с аэроплана, но остался жив. В третьих, эта гремящая штуковина не поддается объяснению, так как это личное дело изобретателя».

Нередко произведения футуристов представляли собой синтез начала поэтического и живописного, поскольку футуристы декларировали идею синтеза различных искусств. Литературный футуризм был тесно связан с авангардными группировками художников 1910-х годов: прежде всего с группами «Бубновый валет» (П. Кончаловский, И. Машков, А. Лентулов, Р. Фальк, А. Куприн и др.), «Ослиный хвост» (М. Ларионов и др.), «Союз молодежи» (М. Шагал, П. Филонов, К. Малевич, В. Татлин, Ю. Анненков, Н. Альтман, Д. Бурлюк, А. Экстер, Л. Жевержеев и др.). В той или иной мере большинство футуристов совмещало литературную практику с занятиями живописью (братья Бурлюки, В. Маяковский, А. Крученых), а художники К. Малевич и В. Кандинский на первых порах участвовали в футуристических альманахах и в качестве «речетворцев».

Эгофутуризм. Творчество И. Северянина

Группу поэтов-эгофутуристов, заявившую о себе в 1911 году в Петербурге, возглавил Игорь Северянин. В нее вошли Г. Иванов, К. Олимпов, И. Игнатьев, В. Гнедов и др. «Эго» в переводе с лат. – «я». В центре творчества поэта-эгофутуриста – его «я», его личность.

Слава Игоря Северянина, одного из самых популярных поэтов серебряного века, была в свое время «повсеградной» (неологизм Северянина). О его книгах «Громокипящий кубок» (1913), «Златолира» (1914), «Ананасы в шампанском» (1915) и других говорили повсюду. Его выступления в городах России – «поэзоконцерты» (их состоялось около 100 в период с 1913 по 1917 годы) привлекали публику с неизменным успехом.

В истории русской литературы ХХ века есть любопытные факты: в 1918 году в Москве, на поэтическом вечере в Политехническом музее, Игорь Северянин был признан королем поэтов, второе место было отдано В. Маяковскому, третье досталось К. Бальмонту. И. Северянин, как и должно королю, издает поэтический «Рескрипт короля». Победитель по-королевски щедр и великодушен, он всех прощает и благословляет:

Отныне плащ мой фиолетов,
Берета бархат в серебре:
Я избран королем поэтов
На зависть нудной мошкаре.

Я так велик и так уверен
В себе – настолько убежден,
Что всех прощу и каждой вере
Отдам почтительно поклон.

. Я избран королем поэтов, –
Да будет подданным светло!

В чем-то Северянин сближался с кубофутуристами. В 1914 году И. Северянин выступал совместно с кубофутуристами на юге России, приняв участие в так называемой «Олимпиаде футуризма» (1914). Но сотрудничество с кубофутуристами оказалось кратковременным, и в 1914 году Северянин с ними разошелся.

Так же, как и другие футуристы, Северянин в своих стихах отдал дань техническим достижениям нового века, ориентировался на быстрые темпы жизни. Однако его урбанизм носил скорее внешний характер и имел салонный оттенок комфорта и элегантности:

Увертюра

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
Удивительно вкусно, искристо, остро!
Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском!
Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!

Стрекот аэропланов! Бега автомобилей!
Ветропросвист экспрессов! Крылолет буеров!
Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили!
Ананасы в шампанском – это пульс вечеров!

В группе девушек нервных, в остром обществе дамском,
Я трагедию жизни претворю в грезо-фарс.
Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
Из Москвы – в Нагасаки! Из Нью-Йорка – на Марс!

Как и у других футуристов, у Северянина встречается немало неологизмов, но они «осмысленны», изысканно доступны, и ими поэт никогда не злоупотребляет (ср.: ветропросвист, крылолет). О московских футуристах он с неодобрением писал: «. в своем словотворчестве они достигали зачастую полнейшей нелепости и безвкусицы, в борьбе с канонами эстетики употребляли отвратные и просто неприличные выраженья». Своеобразный шик северянинской поэзии придавали неологизмы с иностранными корнями и суффиксами, чарующие своей экстравагантностью, увлекающие в изысканно-экзотический мир:

Кензель

В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом
По аллее олуненной Вы проходите морево.
Ваше платье изысканно, Ваша тальма лазорева.
А дорожка песочная от листвы разузорена –

Точно лапы паучные, точно мех ягуаровый.
Для утонченной женщины ночь всегда новобрачная.
Упоенье любовное Вам судьбой предназначено.
В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом –

Вы такая эстетная, Вы такая изящная.
Но кого же в любовники! И найдется ли пара Вам?
Ножки плэдом закутайте дорогим ягуаровым,
И, садясь комфортабельно в ландолете бензиновом,
Жизнь доверьте Вы мальчику, в макинтоше резиновом,
И закройте глаза ему Вашим платьем жасминовым –
Шумным платьем муаровым, шумным платьем муаровым.

Северянину также, как и всем футуристам, было свойственно стремление эпатировать, поразить читателя, самоутвердиться. Это особенно ярко проявилось в его стихотворении «Эпилог» (своеобразная «желтая кофта» Северянина):

Я, гений Игорь-Северянин,
Своей победой упоен:
Я повсеградно оэкранен!
Я повсесердно утвержден.

Я, – год назад, – сказал: «Я буду!»
Год отсверкал, и вот – я есть!
Среди друзей я зрел Иуду,
Но не его отверг, а – месть.

Нас стало четверо, но сила
Моя, единая, росла.
Она поддержки не просила
И не мужала от числа.

Игоря Северянина, как и других футуристов, раздражала пошлость окружающего мира. Об этом стихотворение с названием-оксюмороном «В блесткой тьме»:

Каждая строчка – пощечина. Голос мой – сплошь издевательство.
Рифмы слагаются в кукиши. Кажет язык ассонанс.
Я презираю вас пламенно, тусклые ваши сиятельства,
И, презирая, рассчитываю на мировой резонанс!

Блесткая аудитория, блеском ты зло отуманена!
Скрыт от тебя, недостойная, будущего горизонт!
Тусклые ваши сиятельства! Во времена Северянина
Следует знать, что за Пушкиным были и Блок и Бальмонт.

Критика, и это стало общим местом, отмечала манерность, будуарность поэзии Игоря Северянина, ее ресторанный характер и пошловатую изысканность, салонный дендизм и экстравагантность. Отсутствии «темы» в поэзии И. Северянина тревожило А. Блока: «Куда пойдет он, еще нельзя сказать, что с ним стрясется: у него нет темы. Храни его бог».

Может быть, упреки современников Северянину были и небезосновательными: стихам Северянина свойственны и некоторая манерность, и будуарность, и дендизм. Все это было. Например, его знаменитая «поэма-миньонет» «Это было у моря»:

Это было у моря, где ажурная пена,
Где встречается редко городской экипаж.
Королева играла – в башнях замка – Шопена,
И, внимая Шопену, полюбил ее паж.

Было все очень просто, было все очень мило;
Королева просила перерезать гранат;
И дала половину, и пажа истомила,
И пажа полюбила, вся в мотивах сонат.

А потом отдавалась, отдавалась грозово,
До восхода рабыней проспала госпожа.
Это было у моря, где волна бирюзова,
Где ажурная пена и соната пажа.

У И. Северянина были страстные почитатели (еще более страстные почитательницы), были и те, кто не принимал его стихов, создавал на них пародии. На стихотворение «Это было у моря. » замечательную пародию, абсолютно точно передающую ритм и интонацию северянинского стиха, написал современник И. Северянина поэт А. Ширяевец:

Это было у моря, где лазурная пена.

Это было у сквера, где едят простоквашу,
Где фруктовые воды, это было вчера.
Там мне молвила Глаша: «О, клянусь, буду ваша!
И клянусь, что мамаша моя очень добра!»

Но причем здесь мамаша? – Я промолвил бледнея.
Ах, нельзя ль без мамаши – я поэт и эстет!
Но ответила Глаша: «Без мамаши не смею.
Буду ваша с мамашей, без мамаши же – нет!»

И ушла не простившись, не доев простокваши,
И меня до рассвета угнетала хандра.
Я хотел по декрету, без попов, без мамаши.
Так расстался я с Глашей. Это было вчера.

Хотя упреки Северянину были во многом небезосновательны, в действительности все обстояло гораздо сложнее, и его творчество вряд ли можно сводить к салонному дендизму. В стихах нельзя не видеть иронии, самоиронии умного поэта. Северянин сам называл свою славу «двусмысленной», сожалел, что в его стихах часто видели не то, что ему хотелось. В стихотворении «Двусмысленная слава» он писал:

Во мне выискивали пошлость,
Из виду упустив одно:
Ведь кто живописует площадь,
Тот пишет кистью площадной.

Да, Северянин часто в своих стихах говорил языком салонной публики, но это не означает, что то был язык самого поэта, что это его – поэта – голос. По крайней мере, его «единственный» голос. Здесь будет уместной аналогия с героями рассказов М. Зощенко и самим Зощенко, которых современная писателю критика не желала разграничивать. Суть же поэзии И. Северянина в другом – в тончайшем лиризме, в изысканной элегантности, в изумительном чувстве ритма и в том, что вообще трудно определимо, поскольку речь идет о Поэзии. Как бы критики ни относились к пресловутым «Ананасам в шампанском!», как бы над ними ни иронизировали, забыть сразу, не почувствовать обаяния этого стихотворения невозможно. От него нельзя отмахнуться. Лирика Северянина не обременена морализированием, она далека от философских прозрений. Ну что ж, зато Северянин – тончайший лирик, изумительно чувствующий Природу, Красоту, душу человеческую в многообразных ее проявлениях и переживаниях.

В 1918 году в стихотворении «Интродукция» И. Северянин прямо написал о себе как о поэте без тенденций и даже без особого смысла:

Я – соловей: я без тенденций
И без особой глубины.
Но будь то старцы иль младенцы, –
Поймут меня, певца весны.

Я – соловей! На что мне критик
Со всей небожностью своей? –
Ищи, свинья, услад в корыте,
А не в руладах из ветвей!

Я – соловей, и, кроме песен,
Нет пользы от меня иной.
Я так бессмысленно чудесен,
Что Смысл склонился предо мной!

И. Северянин известен и как автор негромких щемящих строк о России, о своей судьбе. После революции Северянин оказался в Эстонии, где и прожил до своей смерти в 1941 году. «Я не эмигрант и не беженец. Я просто дачник», – говорил о себе И. Северянин. За рубежом он издал семнадцать поэтических сборников, но они выходили малыми тиражами, пик славы поэта остался позади, в прошлой России. В 1925 году написано не менее знаменитое стихотворение И. Северянина «Классические розы»:

Как хороши, как свежи были розы
В моем саду! Как взор прельщали мой!
Как я молил весенние морозы
Не трогать их холодною рукой!

В те времена, когда роились грезы
В сердцах людей, прозрачны и ясны,
Как хороши, как свежи были розы
Моей любви, и славы, и весны!

Прошли лета, и всюду льются слезы.
Нет ни страны, ни тех, кто жил в стране.
Как хороши, как свежи были розы
Воспоминаний о минувшем дне!

Но дни идут – уже стихают грозы.
Вернуться в дом Россия ищет троп.
Как хороши, как свежи будут розы,
Моей страной мне брошенные в гроб!

Роль футуризма в развитии русской литературы XX века

Ныне, с солидной исторической дистанции, можно с большей степенью объективности оценить роль футуризма в развитии русской литературы ХХ века. Долгое время принято было считать, что «футуризм, как никакое другое направление в искусстве ХХ века, поставил себя в связь с явлениями политического и общественного порядка, особенно футуризм в Италии» (Л. Д. Троцкий «О футуризме», 1922). Однако было бы неправильным преувеличивать степень политической ангажированности футуристов, как это делал Л. Д. Троцкий. Грядущая революция (а футуристы сочувствовали левым политическим движениям) приветствовалась, потому что воспринималась как массовое художественное действо. Характерный пример: после Февральской революции 1917 года футуристы «Гилеи» и близкие к ним художники авангарда образовали воображаемое «Правительство Земного Шара». От имени «Председателя Земного Шара» В. Хлебников посылал письма и телеграммы Временному правительству с требованием отставки. Футуристы были убеждены, что весь мир пронизан искусством, и сам мир представлялся им как аналог грандиозной сценической площадки.

Если говорить о роли футуризма в истории русского искусства и литературы, о последствиях его эстетического штурма, то правомерно говорить о последствиях ближайших и отдаленных:

Футуристы по-новому, свежим ухом почувствовали звучащее поэтическое слово, само звучание поэзии. И если они часто грешили пристрастием к звуку против смысла, то эти пристрастия можно назвать «беснованием молодого революционного течения» (выражение Л. Д. Троцкого). Футуристы продемонстрировали, что слово как звук и слово как начертание влияют на наше восприятие, воздействуют на глаз, ухо, логику, воображение. Футуристы продемонстрировали необходимость тщательного подбора слов, их всестороннего взвешивания, их продуманного сочетания.

Воздействие футуризма оказалось положительным, благотворным. Подвергая критической проверке традиционные эстетические представления, футуристы по-новому поставили вопрос о границах и функциях искусства. Футуризм оказался творчески продуктивен: он заставил общество переживать искусство как проблему, изменил отношение к сфере понятности-непонятности в искусстве. И здесь главный вывод футуристических экспериментов – осознание того, что непонимание или неполное понимание в искусстве не всегда недостаток, а порой даже необходимое условие полноценного восприятия. Само приобщение к искусству стало пониматься как сотворчество, а не пассивное потребление произведения искусства.

Источник

Простые слова
Adblock
detector