Как написать стихи о наказании грубого крестьянина

Наказание

По океану суеты
На ржавом катере тоски
Ветра судьбы, ветра судьбы
Уносят дальше от любви.

И грустью давнюю болезнь
Никак уже не излечить.
Ошибок месть, ошибок месть –
Нельзя вернуться иль забыть.

Припев:
Любовь как будто наказанье –
Разлук зловещее призванье
На светлой тайне бытия,
Которой не дано понять,
Дано принять иль не принять.

2
Во временнОй водоворот
Вливают вновь пустые дни
Шторма тревог, шторма тревог,
Но сердце ждёт своей любви.

Оковы снов дурманят ночь.

Засохли розы, лепестки опали,
Совсем состарились, пожухли краски,
Но вот шипы ещё острее стали,
Исчезло всё благоуханье ласки.

Но я по-прежнему влюблён в те розы,
Они мои младые годы, грёзы,
И пусть о них остались лишь воспоминания,
Это за все наши грехи как наказание.

Для кого- то любовь награда,

Для кого- то любовь игра.

А кому-то она в наказание

За грехи былые дана.

С годами становится крепче.

Только мне от этой любви

Почему то не стало легче.

Болью в сердце засела она,

Разрывая его на части.

Принесла безграничное счастье?

Затеял злодейство-злодея убийство.
Решил сотворить самосуд.
Придумал устройство, здоровью расстройство.
Отраву налить ему в суп.

Но сам обманулся, когда промахнулся
Отрава попала на зло,
В мой завтрак случайно, который отчаянно,
Я съел в впопыхах повезло.

И гадко и сладко, и нету порядка,
Злодей же мой как-то пропал,
Случилось быть может, что кто-то же тоже.

Нам по теории Большого взрыва
Свиное рыло в Космос сунуть удалось.
Образовав созвездье Свинорылов,
Галактике мы стали в горле кость.

За наше свинство всякие напасти
Бог насылает, а когда поймёт Творец,
Что пребывает в роли свинопаса,
Наступит человечеству конец.

За своей следите дикцией.
Средь зарвавшихся людей,
Коих мучают амбиции,
Шепелявым всех трудней.

Ефремляне шепелявили,
С Ше на Эс меняли звук,
Но хвалить себя и славить им
Остальных хватало букв.

Иеффай спасал отечество,
Своей жизнью рисковал,
Заслужил от человечества
Благодарности слова.

Те же, кто словами смелые,
Но не лезут на редут,
Смысл победы переделают,
Место в ней себе найдут.

Ефремляне средь них первые,
Не застряли на мели,
Вброд прошли, до тика нервного.

С глубокой грустью мудреца,
Земные все изведав тщеты,
Любви он радость отрицал,
И был наказан ей за это.

Весёлой, звонкою весной
Голубоглазые капели
Ему на флейте ледяной
О нежности любви пропели.

Источник

Крепостной

Он в ловушке, в замкнутом пространстве,
где асфальта чёрные пары.
А умом желает дальних странствий
и постигнуть новые миры.

Клетки из железа и бетона,
на площадках запах сигарет.
Не у всех красивый вид с балкона
и не всех одарит Солнца свет.

Так при крепостном праве жили в России!
С протянутой рукой повсюду они ходили…
Хоть как-то детишек своих прокормить,
Да! Самим с родной супругой прожить.

Барин заставлял, только трудиться на него!
Сам днями пил, гулял и не делал ничего…
У таких… крепостные ходили с протянутой
рукой!
Кто возникал,- продавали за пятак порой.

Пожар. Гражданская война.

Нельзя рубить по головам.

Но как идти к победе нам.

Имперский крест всей жизни дан.

Труд, воля, смелость и терзанья.

Юнкер, полковник, генерал.

Бои. Награды. Блеск побед.

Война и очерки о смуте.

Фронты. Посты. Визг пуль. Шрапнель.

Гражданская. Отставка. Мука.

Я живу ковылем в Оренбургских степях,
На границе Европы и Азии,
Я с корнями была сорвана впопыхах
Из земли на просторах Германии.

Средь масштабов твоих незаметно людей,
Крепостные живут за заборами,
Здесь дворцов понастроил себе лиходей,
Нищеты оцепив нас оковами.

Здесь умру я до срока, неведома всем,
И могила в степи затеряется,
Позабудет меня.

Я полон мыслей о тебе с минуты нашей встречи.
Вал крепостной твои глаза испепелили мой.
Я вышел из ворот на поле боя, чтобы в сече
Пожертвовать свободой сердца в битве за любовь.

Я размету орду твоих степных волос дикарки
Лишь для того, чтоб смуглый лик меня твой полонил,
И в клетке из прутов ресниц под сводчатые арки
Твоих бровей, как раб, войду, двух огненных светил.

Читайте также:  Как правильно написать сопровождение моего ребенка

Срывай мои доспехи, истязай плетьми насмешек,
Железом раскалённым прижигай надежды плоть;
Я.

В ответ, что попирают честь.

Человек, похожий на Скуратова*,
На Самсона (впрочем, я о чём?)
Мылся в бане, где неоднократно он
Был замечен, но не уличён.

С женским полом поведенья лёгкого
Своё время в термах проводил,
Наигравшись с этими плутовками,
Он честной народ потом судил,

К делу подходил с руками чистыми,
Нуждами живя простых людей.
Ритуалы банные с девицами.

Я мог бы глядеть на воду
С красивых мостов Невы,
И видеть в её отражении
Шпиль и часть крепостной стены.

Я мог бы писать иконы
Чистым золотом, снятым с витрин.
Я бы мог поделиться с кем-то
Тем, что не съем один.

И как много мог бы я сделать,
И какой бы.

Стоял на пяти, город на холмах.
Вольный в нём народ, жил могучий в нём.
Он умел любить, он не ведал страх,
И друзьям открыт, каждый был в нём дом.

Крепостной стеной, он не обнесён.
Охранялся он, добрым волшебством.
Тем, кто сердцем зол, был не виден он,
Лишь кто сердцем чист, побывать мог в нём.

И случилось так, что о месте том,
Ворог злой прознал, чародей лихой.
Путь туда нашёл, злым он волшебством,
Войско злых людей, вёл он за собой.

В город птица тот, сокол ясный,
Весть о.

Источник

Крестьяне

Так при крепостном праве жили в России!
С протянутой рукой повсюду они ходили…
Хоть как-то детишек своих прокормить,
Да! Самим с родной супругой прожить.

Барин заставлял, только трудиться на него!
Сам днями пил, гулял и не делал ничего…
У таких… крепостные ходили с протянутой
рукой!
Кто возникал,- продавали за пятак порой.

Соль, завершающая хлебный каравай.
Тот каравай Земля и купол неба.
Наполнен он трудами через край.
Соленый пот смочил краюху хлеба.

Скот свой домашний народ наш сердитый
Наотмашь бьёт не со зла.
Раньше для цели подобной семиты
В доме держали козла.

Позже фабричный рабочий поддатый,
Вспомнив про птичек в раю,
Будет лупить, как скотину когда-то,
Бедную бабу свою.

Ночью, шатаясь от водки и дури,
Станет сбивать он столбы.
Крепко сидит в гегемона натуре
Брошенный им сельский быт.

Утром понуро уйдёт без прощенья
В цех, где штамповочный пресс.
Горький опишет не без возмущенья
Смены традиций процесс.

Народ бежит нынче в деревню…
Кто от долгов, кто от беды,
Чтобы попасть в СЕЛЬПО, харчевню
И за гроши купить еды.
Онегин, Ленский и Татьяна
В разных вагонах, без баяна,
Едут в Щербиновский район2,
Встречает их родня, перрон.
В беде положено рыдать,
Слезу, мать дочери смахнула,
Себя, припомнив, как тонула.
А сельская всех благодать,
Уже звала́, уже манила,
Облокотиться о перила.

1.«Венцом развития человека станут люди седьмой Расы, превратившись в богоподобных существ.

Не политолог, не историк,
А просто житель я страны…
И пусть мой частный мониторинг
Посветит там, где не видны
Все стороны, а лишь фасад
Державы, под названьем сад.
В ООН ботинком постучать
И крикнуть: «Кузькину вам мать!»
Поля засеять кукурузой,
А хлеб по карточкам давать,
В Новочеркасске отстрелять1
Всех тех, кто стал в стране обузой.
Нас развитой социализм
Звал скромно в шведский2 в коммунизм3.

1.В июне 1961 г. была расстреляна мирная демонстрация в Новочеркасске, (бывшей.

И стихи надоели, и песни скучны,
Овцы целы и волки, казалось бы, сыты,
То ли дух от безделья стал слишком ручным,
То ли разум свихнулся под натиском быта.

Ритуал во спасение, первая часть –
Мерлезонский балет – кавалеры и дамы…
Рубануть бы секирой по чувствам с плеча,
Полоснуть бы мышление бритвой Оккама…

Но, боюсь, что придётся опять наблюдать –
Акт за актом – пажи, лотарингцы, дворяне…
Сколько глупости в книгах – песок и вода,
Сколько в мире, допущенной Господом, дряни.

Грозный царь Иван четвертый
Много в жизни начудачил:
Изувечил насмерть сына
И Казань завоевал;
И опричнину затеял
Против думавших иначе;
Переехал в Александров,
Лжестолицу основал.

Читайте также:  Как понять род существительного в французском языке

Этому царю бояться
Бога и людей пристало:
Очень много, душегубец,
Русских перебил людей.

Источник

Средневековье крестьяне в средневековом

Растительность меняет ипостась,
И ряженые грубыми руками
Крестьянку украшают, веселясь,
Корой дубовой, листьями с цветами,

И девственница сельская к ручью
Бежит, к благоухающей поляне,
Чтоб песнь могли хвалебную свою
Пропеть живому дереву крестьяне.

Безмолвствуя, на нивах и в садах
Обильный урожай дарят благие
Царицы, отражаются в водах
С кострами рядом девушки нагие.

Всей млечностью сверкают бедра их
Сквозь дымную вечернюю завесу,
Русалки волокут к реке одних
Топить, а.

Люблю тебя, моя Россия!
Твою культуру и твой быт,
Народов воссоединенье,
Твой мощный и державный вид!

Люблю, когда мороз трескучий,
Люблю, когда совсем тепло,
Люблю сосновый бор дремучий,
И твое Царское село.

Люблю читать твои былины,
Рассказы, сказки и стихи.
Люблю прекрасные картины,
Истории твоей вехи:

О том, как мы терпели горе.
О том, как разные волки
Хотели наших территорий,
Но почему-то не смогли
Сломить, поработить, унизить
Любимый.

Либерализма метастазы
Доселе не исцелены.
Вонь клеветнической заразы
В устах предателей страны.

Доселе лгать не перестали
И небыль превращают в быль.
Досель визжат, что жуткий Сталин
Молол их в лагерную пыль.

Мозг на репрессиях заклинил,
Зовут монарха палачом.
Но Сталин Русь с сохою принял,
Оставил – с атомным мечом.

Чтоб Русь от клеветы не слепла,
Я просто вскользь упомяну:
Он дважды поднимал из пепла
Многострадальную страну.

Он сладил с ратью басурманской,
Что Русь.

Богатым слыл удел
Носителей свободы;
Завистливо глядел
С закатной стороны
Извечный враг племен славянского народа;
Псов-рыцарей не раз водил на Русь в походы;
Но не страшились пращуры войны.

Пришли – погибнут пусть
Тевтонцы и ливонцы!
Стояла крепко Русь:
Крестьяне и князья.
На.

По старшинству досталось царство,
лишь только умер Александр.
Принял династии, наследство,
«самодержавец», Николай.

В день коронации, по старинке,
в первопрестольной град – Москве,
сгрудились люди на Ходынке,
случилась драка в духоте.

В столпотворенье, как в удавке,
от криков, стонов, гул стоял.
Оцепенев от дикой давки,
народ покойников топтал.

Настрогал салат из чувств
Тонких и возвышенных
Деликатно прогнал грусть
Не быть ей в обиженных.

Душу до краев налил
Радостью и волей
Подхватил и закружил
Вихрем в чистом поле.

Вынес в огород диван
Оседлал решительно
Жизнерадостен и пьян
Просто удивительно.

Дуй Губатый, жизни полный
Золотых стеблей пшеницы
К горизонту катят волны
В них крестьян мелькают лица.

Из Чайковского альбома
Жатву выбрал пусть внимают
Музыке и я под домом
Под нее же засыпаю.

Источник

Стихи Некрасова о народе и крестьянах

В стихах о народе Николай Некрасов затрагивает всегда очень острые темы, напрямую связанные с жизнью и бытом простого крестьянина. Он рассказывают читателю о горе, затрагивает тему бурлаков и никогда не проходит мимо проблем народа, на долю которого выпадает много печали. Непременно в своих произведениях он отмечает убогость и сложность будней рабочего класса, но вместе с тем выражает восхищение русской женщине, в красках описывая ее проворность и нетленную красоту, невзирая на все тяготы.

Лучшие произведения:

Не водись-ка на свете вина,
Тошен был бы мне свет.
И пожалуй – силен сатана! –
Натворил бы я бед.

Без вины меня барин посек,
Сам не знаю, что сталось со мной?
Я не то чтоб большой человек,
Да, вишь, дело-то было впервой.
Как подумаю, весь задрожу,
На душе всё черней да черней.
Как теперь на людей погляжу?
Как приду к ненаглядной моей?
И я долго лежал на печи,
Всё молчал, не отведывал щей;
Нашептал мне нечистый в ночи
Неразумных и буйных речей,
И на утро я сумрачен встал;
Помолиться хотел, да не мог,
Ни словечка ни с кем не сказал
И пошел, не крестясь, за порог.
Вдруг: «Не хочешь ли, братик, вина?» –
Мне вослед закричала сестра.
Целый штоф осушил я до дна
И в тот день не ходил со двора.

Не водись-ка на свете вина,
Тошен.

Забытая деревня

У бурмистра Власа бабушка Ненила
Починить избенку лесу попросила.
Отвечал: «Нет лесу, и не жди – не будет!»
– «Вот приедет барин – барин нас рассудит,
Барин сам увидит, что плоха избушка,
И велит дать лесу», – думает старушка.

Читайте также:  Как правильно пишутся месяца

Кто-то по соседству, лихоимец жадный,
У крестьян землицы косячок изрядный
Оттягал, отрезал плутовским манером.
«Вот приедет барин: будет землемерам! –
Думают крестьяне. – Скажет барин слово –
И землицу нашу отдадут нам снова».

Полюбил Наташу хлебопашец вольный,
Да перечит девке немец сердобольный,
Главный управитель. «Погодим, Игнаша,
Вот приедет барин!» – говорит Наташа.
Малые, большие – дело чуть за спором –
«Вот приедет барин!» – повторяют хором…

Умерла Ненила; на чужой землице
У соседа-плута.

Школьник

– Ну, пошел же, ради бога!
Небо, ельник и песок –
Невеселая дорога…
– Эй, садись ко мне, дружок!

Ноги босы, грязно тело,
И едва прикрыта грудь…
Не стыдися! что за дело?
Это многих славный путь.

Вижу я в котомке книжку.
Так учиться ты идешь…
Знаю: батька на сынишку
Издержал последний грош.

Знаю: старая дьячиха
Отдала четвертачок,
Что проезжая купчиха
Подарила на чаек.

Или, может, ты дворовый
Из отпущенных. Ну, что ж!
Случай тоже уж не новый –
Не робей, не пропадешь!

Скоро сам узнаешь в школе,
Как архангельский мужик
По своей и божьей воле
Стал разумен и велик.

Не без добрых душ на свете –
Кто-нибудь свезет в Москву,
Будешь в университете –
Сон свершится наяву!

Там уж поприще широко:
.

Дедушка Мазай и зайцы

В августе, около Малых Вежей,
С старым Мазаем я бил дупелей.

Как-то особенно тихо вдруг стало,
На небе солнце сквозь тучу играло.

Тучка была небольшая на нем,
А разразилась жестоким дождем!

Прямы и светлы, как прутья стальные,
В землю вонзались струи дождевые

С силой стремительной… Я и Мазай,
Мокрые, скрылись в какой-то сарай.

Дети, я вам расскажу про Мазая.
Каждое лето домой приезжая,

Я по недели гощу у него.
Нравится мне деревенька его:

Летом ее убирая красиво,
Исстари хмель в ней родится на диво,

Вся она тонет в зеленых садах;
Домики в ней на высоких столбах

(Всю эту местность вода понимает,
Так что деревня весною всплывает,

Словно Венеция). Старый Мазай
Любит до страсти свой низменный.

Генерал Топтыгин

Дело под вечер, зимой,
И морозец знатный.
По дороге столбовой
Едет парень молодой,
Мужичок обратный:
Не спешит, трусит слегка;
Лошади не слабы,
Да дорога не гладка –
Рытвины, ухабы.
Нагоняет ямщичок
Вожака с медведем:
«Посади нас, паренек,
Веселей поедем!»
– «Что ты? с мишкой?» – «Ничего!
Он у нас смиренный,
Лишний шкалик за него
Поднесу, почтенный!»
– «Ну садитесь!» – Посадил
Бородач медведя,
Сел и сам – и потрусил
Полегоньку Федя…
Видит Трифон кабачок,
Приглашает Федю.
«Подожди ты нас часок!» –
Говорит медведю.
И пошли. Медведь смирен,
Видно, стар годами,
Только лапу лижет он
Да звенит цепями…

Час проходит; нет ребят,
То-то выпьют лихо!
Но привычные стоят
Лошаденки тихо.

Свечерело. Дрожь в конях,
.

Молебен

Холодно, голодно в нашем селении.
Утро печальное – сырость, туман,
Колокол глухо гудит в отдалении,
В церковь зовет прихожан.
Что-то суровое, строгое, властное
Слышится в звоне глухом,
В церкви провел я то утро ненастное –
И не забуду о нем.
Всё население, старо и молодо,
С плачем поклоны кладет,
О прекращении лютого голода
Молится жарко народ.
Редко я в нем настроение строже
И сокрушенней видал!
«Милуй народ и друзей его, боже! –
Сам я невольно шептал. –
Внемли моление наше сердечное
О послуживших ему,
Об осужденных в изгнание вечное,
О заточенных в тюрьму,
О претерпевших борьбу многолетнюю
И устоявших в борьбе,
Слышавших рабскую песню последнюю,
Молимся, боже, тебе».

Мать («Она была исполнена печали…»)

Она была исполнена печали,
И между тем, как шумны и резвы
Три отрока вокруг нее играли,
Ее уста задумчиво шептали:
«Несчастные! зачем родились вы?
Пойдете вы дорогою прямою
И вам судьбы своей не избежать!»
Не омрачай веселья их тоскою,
Не плачь над ними, мученица-мать!
Но говори им с молодости ранней:
Есть времена, есть целые века,
В которые нет ничего желанней,
Прекраснее – тернового венка…

Источник

Простые слова
Adblock
detector