Что можете сказать о языке романа

Язык романа А.С. Пушкина «Евгений Онегин»

Живая разговорная речь людей образованного общества звучит в романе постоянно. Примерами здесь являются диалоги Онегина и Ленского:

«. Скажи: которая Татьяна?»
— Да та, которая грустна И молчалива. »

Народное просторечие появляется в романе, когда на сцену выходят люди из народа. Вспомним речь няни Филипьевны:

«. Я, бывало,
Хранила в памяти не мало
Старинных былей, небылиц.

Такова же речь и Анисьи-ключницы

. Дай бог душе его спасенье,
А косточкам его
В могиле, в мать-земле сырой!

В приведенных примерах речи действующих лиц из народа нет ни чего искусственного, выдуманного. Пушкин избегал ложной выдуманной «простоты» и «простонародности» речи, а брал ее из жизни, отбирая при этом только те слова и выражения, которые вполне соответствовали духу и строю общенародного языка. Мы не встретим в романе ни областных диалектизмов, ни вульгаризмов, засоряющих, портящих язык.

Просторечие в романе встречается не только в речах няни и Анисьи, но оно является заметным элементом языка самого автора. В эпизодах из деревенской жизни, в описаниях родной природы, труда и быта крестьян мы находим самые простые слова, ранее считавшиеся неподходящими для поэзии. Таковы лошадка, жучка, дровни, хлев, пастух, и т. д. Критика реакционного лагеря резко протестовала против демократизации литературного языка, так отчетливо проводимой в романе Пушкина. К народному просторечию в романе примыкают элементы языка уст ного народного творчества. Пушкин цитирует строки из народной песни:

Там мужички-то все богаты,
Гребут лопатой серебро.

Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей;
Кто чувствовал, того тревожит
Призрак невозвратимых дней

Онегин в своем обдуманном монологе
«Когда бы жизнь домашним кругом
Я ограничить захотел. »

использует установившийся стиль литературной речи с традиционны ми оборотами, с поэтическими чисто литературными метафорами
В связи с этой струей языка романа встает вопрос и об использовании в нем славянизмов и архаизмов. Конечно, и славянизмы, и архаические обороты большей частью употребляются Пушкиным как стилистическое средство сообщения речи определенной окраски.

Но наряду с таким осознанным, стилистически оправданным использованием книжно-архаической лексики и фразеологии, наличие ее в романе, особенно в первых главах, объясняется еще некоторым влиянием установившихся литературных стилей, в том числе и классицизма. Поэтому-то, наряду с общим простым характером повествования, уже с самого начала мы встречаем в рассказе автора и архаические обороты, и старославянизмы: стары (а не «старые») годы, младая Семенова, младая повесть любви, сень кулис, старая форма осьмой, осьмнадцать («Фило софа в осьмнадцать лет»), вотще, хладный, воспомня, брег, ушед (вместо «уйдя»), сей (вместо «этот») и т. д. Все приведенные примеры взяты из первой и второй глав романа. В дальнейшем старославянизмы и архаизмы встречаются реже. Характерный пример: в главе VIII такие слова, как «молод», «холод», употребляются почти всегда уже именно в этой русской форме: «блажен, кто смолоду был молод», «. жизни холод», «душа холодная», «. как теперь окружена крещенским холодом она», «взгляд холодный»; только один раз это так часто встречающееся в восьмой главе слово дано в старославянской форме: «притворным хладом».
Уменьшение архаических элементов языка свидетельствует о даль нейшей эволюции языка Пушкина в сторону простоты.

Слово «вульгарный» сделалось, как известно, весьма распространенным русским словом.
Поскольку мы говорим не только о лексике, но вообще о стилистических особенностях языка, надо отметить и разнообразие синтаксических конструкций в языке романа. Совершенно так же, как и в отборе слов, Пушкин исходил здесь из принципа, выраженного в известном его замечании: «Истинный вкус состоит не в безотчетном отвержении такого-то слова, такого-то оборота, но в чувстве соразмерности и сообразности». Поэтому наряду с простыми и очень короткими предложениями Пушкин, когда это необходимо, пользуется длинными периодами, сложно-сочиненными и сложно-подчиненными конструкциями, достигающими иной раз величины целой строфы.Такова XXII строфа первой главы: «Еще амуры, черти, змеи. » и т. д.

Отметим еще одну особенность романа. Являясь первым реалистическим произведением, утверждающим подлинно народный характер литературы, роман, в то же время, отражает глубокое понимание автором задач, стоящих перед писателями, его внимание к литературному прошлому и настоящему.

Все это свидетельствуете необычайно широком «литературном окружении» «Евгения Онегина», и при всем том роман явился в литературе как произведение вполне оригинальное, самобытное и чисто русское.

Итак, заслуги Пушкина в развитии русского литературного языка трудно переоценить. Основные его достижения можно выразить тремя пунктами. Во-первых, народный язык стал базой литературного русского языка. Во-вторых, разговорный язык и книжный не отделялись друг от друга и представляли собой одно целое. В-третьих, пушкинский литературный язык вобрал в себя все ранние стили языка
Задача, решенная Пушкиным, была грандиозна.

Литературный язык, «установленный» Пушкиным, и стал тем «великим, могучим, правдивым и свободным» русским языком, на котором мы говорим и по сей день.
Таково место и значение Пушкина в развитии русского литературного языка

Источник

Язык романа Евгений Онегин (Пушкин А. С.)

Пушкин явился великим преобразователем pvcского литературного языка. На народной основе живой русской речи он стремился создать, по его собственному выражению, «язык общепонятный». Необычайное богатство и разнообразие языка Пушкина объясняется тем, что поэт широко использует слова и обороты народной разговорной речи, старинные слова и выражения, если они необходимы ему для выполнения художественной задачи, книжный и разговорный язык культурной части русского общества.

В своих художественных произведениях Пушкин, заботясь о единстве формы и содержания, стремился к тому, чтобы словесные средства языка (словарь, образы, синтаксис) строго соответствовали изображаемому им миру: эпохе, характерам героев, их быту, обстоятельствам, в которых они находятся.

В соответствии с богатым содержанием романа Пушкин приводит речь и культурной, образованной части дворянства, и провинциальных помещиков, и дворовых, язык народной поэзии и поэтический стиль, характерный для различных литературных направлений: классицизма, сентиментализма, романтизма.

Все эти различные стили речи он подчинил своему идейно-художественному замыслу, каждый из них применил в соответствующем месте.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Таким образом, при изучении языка романа надо особо рассматривать речь героев и речь самого автора.

Так, в первой главе, знакомя читателя с Онегиным, Пушкин применяет стиль светской речи с её особенностью «без принуждения в разговоре коснуться до всего слегка». Здесь мы находим свободное пользование иноязычными словами (французскими, английскими, латинскими), упоминание имён греческих и римских поэтов, употребление книжных выражений («всевышней волею Зевеса наследник всех своих родных»; «отступник бурных наслаждений» и т. п.). С тонкой насмешкой рассказывает поэт о воспитании Онегина, о его образовании.

Читайте также:  Как пишется над столом

Характеризуя Ленского, Пушкин использует все особенности языка романтической поэзии: «Он с лирой странствовал на свете», «поэтическим огнём душа воспламенилась в нём», «он пел. и нечто, и туманну даль, и романтические розы» и т. п.

Передавая мысли Ленского перед дуэлью, Пушкин в его монолог 1 вставляет излюбленные романтиками цветистые слова, затуманивающие их подлинный смысл:

Он мыслит: «Буду ей спаситель,

Не потерплю, чтоб развратитель

Огнём и вздохов и похвал

Младое сердце искушал;

Чтоб червь презренный, ядовитый

Точил лилеи стебелёк;

Чтобы двухутренний цветок

Увял ещё полураскрытый».

Отношение автора к этой витиеватой, цветистой речи романтика подчёркивается резким переводом её на простой язык реалиста:

Всё это значило, друзья: С приятелем стреляюсь я.

Но когда Пушкин приводит разговоры Онегина и Ленского на бытовые темы, он устраняет слова и выражения книжного стиля; речь их проста, непринуждённа, полна народно-бытовых выражений. Таков, например, разговор Онегина с Ленским о Лариных (гл. 3, IV—V).

Но насмешливость, прозаические слова и выражения совершенно исчезают в стихах Пушкина, когда он рисует образ Тать-•яны и говорит о её жизни, о её любви к Онегину. О своей любимой героине поэт отзывается с особой теплотой и лаской. Эпитет милая употребляется особенно часто: «Я так люблю Татьяну милую мою»; «Татьяна, милая Татьяна»; «и меркнет милой Тани младость» и т. д. С большой нежностью говоря о Татьяне, Пушкин прибегает к словам уменьшительно-ласкательным: «прелестным пальчиком писала»; «головкой томною склонясь»; «голосок звучит» и т. п., применяет народные формы слова: «к плечу головушкой склонилась».

Татьяна пишет письмо к Онегину по-французски. По чужой язык является лишь внешней оболочкой мыслей и чувств девушки с русской душой. Переводя письмо, поэт вкладывает в уста героини романа речь, близкую по своему духу и словесным средствам к народно-поэтическому языку. В письме звучит голос простой русской девушки: «к моей несчастной доле»; «всё думать, думать об одном»; «по сердцу я нашла бы друга»; «вся обомлела, запылала». В разговоре Татьяны с няней близость её речи к народной ощущается ещё полнее.

В главах, посвященных изображению деревенской жизни (помещиков и дворовых), Пушкин широко вводит в свои стихи народно-бытовую речь. Особенно наглядно это проявляется в речи няни, ключницы Онегина Анисьи; просторечие свойственно и языку старушки Лариной (гл. 7, XXV—XXVI).

Таким образом, в повествовательной части своего романа Пушкин применяет разные стилистические средства языка, в зависимости от того, каких героев и какие события он изображает. Речь не только самих героев, но и поэта, рассказывающего о них, становится средством характеристики.

Необыкновенно богат и язык лирических строф. Пушкин — глубокий знаток различных литературных стилей, народно-бытового и народно-поэтического языка.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id611

Источник

Язык романа Евгений Онегин (Пушкин А. С.)

Пушкин явился великим преобразователем pvcского литературного языка. На народной основе живой русской речи он стремился создать, по его собственному выражению, “язык общепонятный”. Необычайное богатство и разнообразие языка Пушкина объясняется тем, что поэт широко использует слова и обороты народной разговорной речи, старинные слова и выражения, если они необходимы ему для выполнения художественной задачи, книжный и разговорный язык культурной части русского общества.

В своих художественных произведениях Пушкин, заботясь о единстве

В соответствии с богатым содержанием романа Пушкин приводит речь и культурной, образованной части дворянства, и провинциальных помещиков, и дворовых, язык народной поэзии и поэтический стиль, характерный для различных литературных направлений: классицизма, сентиментализма, романтизма.

Все эти различные стили речи он подчинил своему идейно-художественному замыслу, каждый из них

Таким образом, при изучении языка романа надо особо рассматривать речь героев и речь самого автора.

Так, в первой главе, знакомя читателя с Онегиным, Пушкин применяет стиль светской речи с ее особенностью “без принуждения в разговоре коснуться до всего слегка”. Здесь мы находим свободное пользование иноязычными словами (французскими, английскими, латинскими), упоминание имен греческих и римских поэтов, употребление книжных выражений (“всевышней волею Зевеса наследник всех своих родных”; “отступник бурных наслаждений” и т. п.). С тонкой насмешкой рассказывает поэт о воспитании Онегина, о его образовании.

Характеризуя Ленского, Пушкин использует все особенности языка романтической поэзии: “Он с лирой странствовал на свете”, “поэтическим огнем душа воспламенилась в нем”, “он пел… и нечто, и туманну даль, и романтические розы” и т. п.

Передавая мысли Ленского перед дуэлью, Пушкин в его монолог 1 вставляет излюбленные романтиками цветистые слова, затуманивающие их подлинный смысл:

Он мыслит: “Буду ей спаситель,

Не потерплю, чтоб развратитель

Огнем и вздохов и похвал

Младое сердце искушал;

Чтоб червь презренный, ядовитый

Точил лилеи стебелек;

Чтобы двухутренний цветок

Увял еще полураскрытый”.

Отношение автора к этой витиеватой, цветистой речи романтика подчеркивается резким переводом ее на простой язык реалиста:

Все это значило, друзья: С приятелем стреляюсь я.

Но когда Пушкин приводит разговоры Онегина и Ленского на бытовые темы, он устраняет слова и выражения книжного стиля; речь их проста, непринужденна, полна народно-бытовых выражений. Таков, например, разговор Онегина с Ленским о Лариных (гл. 3, IV-V).

Но насмешливость, прозаические слова и выражения совершенно исчезают в стихах Пушкина, когда он рисует образ Тать–яны и говорит о ее жизни, о ее любви к Онегину. О своей любимой героине поэт отзывается с особой теплотой и лаской. Эпитет милая употребляется особенно часто: “Я так люблю Татьяну милую мою”; “Татьяна, милая Татьяна”; “и меркнет милой Тани младость” и т. д. С большой нежностью говоря о Татьяне, Пушкин прибегает к словам уменьшительно-ласкательным: “прелестным пальчиком писала”; “головкой томною склонясь”; “голосок звучит” и т. п., применяет народные формы слова: “к плечу головушкой склонилась”.

Татьяна пишет письмо к Онегину по-французски. По чужой язык является лишь внешней оболочкой мыслей и чувств девушки с русской душой. Переводя письмо, поэт вкладывает в уста героини романа речь, близкую по своему духу и словесным средствам к народно-поэтическому языку.

В письме звучит голос простой русской девушки: “к моей несчастной доле”; “все думать, думать об одном”; “по сердцу я нашла бы друга”; “вся обомлела, запылала”. В разговоре Татьяны с няней близость ее речи к народной ощущается еще полнее.

В главах, посвященных изображению деревенской жизни (помещиков и дворовых), Пушкин широко вводит в свои стихи народно-бытовую речь. Особенно наглядно это проявляется в речи няни, ключницы Онегина Анисьи; просторечие свойственно и языку старушки Лариной (гл. 7, XXV-XXVI).

Читайте также:  Мероприятия для детей девиантного поведения

Таким образом, в повествовательной части своего романа Пушкин применяет разные стилистические средства языка, в зависимости от того, каких героев и какие события он изображает. Речь не только самих героев, но и поэта, рассказывающего о них, становится средством характеристики.

Необыкновенно богат и язык лирических строф. Пушкин – глубокий знаток различных литературных стилей, народно-бытового и народно-поэтического языка.

Источник

Лексический комментарий к языку романа ’’Евгений Онегин”

Министерство образования Республики Башкортостан

Лексический комментарий к языку романа

языка и литературы

Наш язык не возник из ниоткуда. Это результат многовекового развития, творчества писателей и поэтов, трудов учёных-лингвистов. Но, несомненно, наибольший вклад в русский язык принёс Александр Сергеевич Пушкин. Значение его деятельности переоценить невозможно. сказал: «При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о великом русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более называться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нём, как будто в лексиконе, заключалось всё богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее раздвинул ему границы и более показал всё его пространство. Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет.

Язык произведений представляет широчайшую базу для лингвистических исследований. Целью данной работы стало изучение состава языка Пушкина, в частности языка романа «Евгений Онегин». Объектом исследования же послужили архаизмы и историзмы, их значения, типы и особенности употребления в романе, а также старославянизмы, их признаки и стилистические функции. Не остались без внимания и остальные элементы языкового состава романа. За предмет исследования был взят роман в стихах «Евгений Онегин».

Конец 18 и начало 19 веков ознаменовались борьбой двух резко определившихся направлений за пути и нормы развития русского литературного языка. Одно из направлений возглавлял Карамзин, имевший много сторонников. Против программы Карамзина выступил с его «Беседой любителей русского слова», заняв иную позицию, противоположную точке зрения Карамзина.

Предметом острой дискуссии стали следующие вопросы:

употребление церковнославянизмов в русском языке;

вопрос о заимствованиях;

принцип фразеологического новаторства.

Карамзин был против церковнославянизмов, считая их давно отжившими, ненужными для нового этапа в литературе, вполне исчерпавшими себя в языке ломоносовского периода. Шишков же одобрял употребление этих слов. Карамзин и его сторонники подчёркивали необходимость иностранных слов, а шишковцы их категорически отрицали. Карамзин полагал, что кальки со сложных немецких, латинских и слов других языков обогащают русский язык, и сам сделал многое в области калькирования. Шишковцы не признавали образование новых слов искусственным путём правомерным способом пополнения средств русской литературной речи. Также Шишков осуждал и высмеивал фразеологическое новаторство карамзинистов.

Противостояние Карамзина и Шишкова усугублялось ещё и тем, что первый из них принадлежал к «западникам», а второй занимал явно славянофильскую позицию.

Все эти вопросы решались в предпушкинекую эпоху и не могли не оказать плодотворного влияния на филологические воззрения и всю творческую деятельность Пушкина как основоположника русского литературного языка нового периода. Спор был поистине важным и, казалось, неразрешимым. Однако творчество Пушкина практически полностью положило конец этим бесконечным спорам. Ему удалось то, чего не удавалось до него ещё никому.

В произведениях раннего Пушкина видны остатки классицизма. Они насыщены церковнославянскими словами, пышными речевыми оборотами. Но по мере становления Пушкина как национального поэта его слог постепенно менялся, всё более и более совершенствуясь и приближаясь к языку народа. Роман «Евгений Онегин» стал вершиной творчества Александра Сергеевича Пушкина.

После Отечественной войны 1812 года с особой остротой встала проблема борьбы за народность и национальную самобытность языка. преодолел пропасть, которая отделяла образованную часть общества того времени от народа. Язык «Евгения Онегина» в наибольшей степени приближен к разговорной русской речи. Сейчас понять и оценить в полной мере это новаторство того времени довольно трудно. В наши дни устная разговорная и литературная, художественная речь представляют собой практически одно и то же. В предпушкинскую же эпоху и во времена самого Пушкина разговорный язык и литературная речь были настолько отдалены друг от друга, что гармонично соединиться в одном произведении им было просто невозможно. Светское общество общалось преимущественно на французском языке. Это считалось признаком того, что называется «comme il faut», или, как сказал Карамзин, «элеганс». Но после 1812 года появилась необходимость переходить на русский язык, и это вызвало затруднения. Пушкин, мне кажется, превосходно решил эту проблему. Обратите внимание хотя бы на письмо Татьяны, написанное без единого иностранного слова. Но речь о нём пойдёт ниже.

Состав языка романа сложен, так как сложен был состав русского литературного языка эпохи Пушкина. В романе «Евгений Онегин» можно наблюдать несколько пластов русской лексики. Все слова, которыми мы пользуемся в нынешнее время или которые уже вышли из употребления, пришли в наш язык в разное время, при разных обстоятельствах. По этому признаку все слова в русском языке делятся на исконно русские и заимствованные. Первые представляют собой общеславянские слова и выражения, общевосточнославянские и собственно русские. Из заимствованных, в свою очередь, следует выделять старославянизмы и слова, взятые из иностранных языков (немецкого, французского и т. д.).

Значительно большим по количеству и семантико­-словообразовательному разнообразию является тот пласт слов русского языка, возникновение которого в нем связано уже с существованием диалектов древних восточных славян, древнерусского языка (IV-XV вв.). Это так называемая восточнославянская лексика, т. е. слова, которые сохранились в русском языке как достояние языковой общности предков русских, украинцев и белорусов. Эти слова не встречаются в лексике южных и западных славянских языков, хотя возникли в основном на базе общеславянского языка. Древнерусские слова по происхождению и времени возникновения связаны с развитием на Руси новых, феодальных отношений, уже в эпоху территориальной и культурной обособленности от остальных славянских народов. В романе «Евгений Онегин» это довольно распространённая группа слов. Они представляют собой слова, образованные от общеславянских в основном суффиксальным способом или путём сложения основ (например глаголы, образованные от прилагательных или прилагательные от существительных): век, куст, жить, истинный, утренний и многие другие.

законодатель, вольность, прикосновение и другие.

неполногласные сочетания ра, ла, ре, ле между согласными в корнях слова или приставках в соответствии с русскими полногласными формами оро, оло, ере\ власы, жребий, млад, брег-,

Читайте также:  Национальные языки их характерные особенности история формирования

сочетания ра, ла перед согласными в начале слова в соответствии с русскими ро, ло: равный, разный, работа, раб-,

щ на месте русского ч: помощь, горящий;

сочетание жд: веждьг,

начальный звук е в соответствии с русским о: един;

начальное а в соответствии с русским я: агнец, аз;

начальное ю в соответствии с русским у: юный, юг;

твёрдое з в словах типа польза, где ожидался бы мягкий звук (в соответствии с явлением 2-ой палатализации, когда заднеязычные г, к, х переходили в мягкие з, ц, с);

приставки воз-(вос-), из-(ис-), низ-(нис-), во-, пре-, пред-, со-, чрез-: воздух, восхитить, восторг, вопреки, прекрасный, презирать, совершить, соблазн;

За речевыми средствами церковнославянского происхождения Пушкин закрепил весьма разнообразные стилистические функции.

торжественности, величия, напоминающие о седой старине, оказывались незаменимым изобразительным материалом.

Следующая стилистическая функция, закреплённая Пушкиным за славянизмами,- это употребление их в качестве синонимических эквивалентов к русским речевым средствам. Поскольку, например,

полногласная и неполногласная формы очень многих слов в смысловом отношении значительно дифференцировались, то в языке образовались параллели и синонимы, отличающиеся своими специфическими смысловыми оттенками. Эти параллельные значения обогащают

изобразительные возможности языка, чем постоянно пользуется Пушкин. Употребляя славянизмы наряду с исконно русскими словами, поэт старался освобождать их от религиозной мистики, от закрепления славянизмов только лишь за высоким стилем речи. Об этом свидетельствуют

Первые главы «Евгения Онегина» насыщены славянизмами значительно сильнее, чем последующие, так как там помещены лирические

отступления, для выражения которых они оказались вполне уместными. Скучая в ссылке и вспоминая столицу, где неслись его «младые дни», Пушкин восклицает:

Мои богини! что вы? где вы?

Внемлите мой печальный глас:

Все те же ль вы? другие ль девы,

Сменив, не заменили вас.

Узрю ли русской Терпсихоры Душой исполненный полет?

Все архаизмы в романе «Евгений Онегин» можно разделить на 5 типов: фонетические, грамматические, лексические, семантические и словообразовательные.

В романе имеются фонетические архаизмы, отличающиеся от современного произношения только ударением. Это следующие слова: призрАк, шкАфы, странЫ (винит, падеж множ. числа), избрАнные, одарИт, меньшАя, кОлец, счАстливых, родИлась, библиОтека Кроме того, устаревшее произношение можно отметить у слов: Зевес, змий, пиит, дубровы, боле, други, домашни, туманна, доле, жизнию, падшее, минувши (дни), поди, Ловласы (Ловелас), вихорь, Омир (Гомер), вечор, вешние.

(отшельник), велеречивый, луч денницы, чело (лоб),вежды (глаза, веки).

Но дней минувших анекдоты От Ромула до наших дней Хранил он в памяти своей (гл.1);

словообразовательные, так как они одинаково относятся и к той, и другой категории.

Роман «Евгений Онегин» написан чистым, красивым русским языком. Как уже говорилось выше, пушкинский язык стал идеалом русского литературного языка, им мы пользуемся и по сей день. Но и в нём присутствует довольно большое количество заимствованных слов. В этом смысле позиция в отношении заимствований совпадает с точкой зрения Карамзина. Поэт понимает необходимость в иностранных словах, хотя и не совсем одобряет их чрезмерное внедрение в русскую речь. Вспомним строки из романа:

. Я мог бы пред ученым светом Здесь описать его наряд;

Конечно б это было смело,

Описывать мое же дело:

Но панталоны, фрак, жилет,

Всех этих слов на русском нет;

А вижу я, винюсь пред вами,

Что уж и так мой бедный слог

Пестреть гораздо б меньше мог Иноплеменными словами.

. Она казалась верный снимок

Du comme il faut. (Шишков, прости:

Не знаю, как перевести.).

В романе особым образом нужно выделить язык письма Татьяны Лариной. Провинциалка Татьяна, жившая далеко от столицы, поближе к народу, и та «по-русски плохо знала» и «изъяснялася с трудом на языке своём родном». Нет, это совсем не означает, что она была иностранкой. Татьяна и понимала, и отлично говорила по-русски с родными, знакомыми и прочими людьми. Но русский язык в его эпистолярном жанре был неведом героине. Да и писать письмо на русском, да ещё к молодому человеку, и к тому же любовное, считалось признаком дурного тона. В эпоху Пушкина, как свидетельствует сам поэт, «дамская любовь не изъяснялась по-русски», светская беседа тоже велась преимущественно на французском языке. Поэтому письмо Татьяны к Онегину произвело настоящий переворот не только в литературе, но и во всём образованном светском обществе. Написанное образцовым русским языком, без единого иностранного слова, это письмо красноречиво говорит о позиции Пушкина в отношении иноязычных речевых средств. Также в письме мы не встретим пышных старославянизмов, потому что, во-первых, слова Татьяны предельно искренни, а во-вторых, её язык приближен к народному, к языку провинциальных помещиков. Например, в первом варианте письма Татьяны было: «Ты чуть вошел, я в миг узнала. душа затрепетала». Но затем Пушкин убирает сентиментально-книжное выражение душа затрепетала и вводит просторечное слово обомлела:

Вся обомлела, запылала.

Да, это было поистине смелым шагом. Однако благодаря этому мы до сих пор восхищаемся искренностью, простотой и вместе с этим настоящим совершенством языка Татьяны. Её письмо является образцом эпистолярного жанра со времён Пушкина до наших дней.

Просторечия, элементы народного языка встречаются конечно же и в речи персонажей из народа (няни Филипьевны, Анисьи):

Хранила в памяти не мало Старинных былей, небылиц

Про злых ду’хов и про девиц;

А нынче мне всё тёмно, Таня:

Что знала, то забыла. Да,

Пришла худая череда!

Сердечный друг, уж я стара,

Стара; тупеет разум, Таня;

А то, бывало, я востра.

а также песня крестьянских девушек как образец народного творчества и чувства прекрасного у простых людей.

Просторечия присутствуют и в речи автора, поскольку они реально существовали в живой речи поэта. Вот некоторые из них: взойдет вместо войдет в строчке Взойдет ли он, тотчас беседа. ; форма несть вместо нести; свесть вместо свести (Знакомство покороче свесть.). Просторечие

появляется и в тех случаях, когда автор приближает свою речь к речи героев, для которых они характерны (например, в рассказе автора о Зарецком). Народная речь раскрепощена у Пушкина от жанра, она не выступает лишь как средство национального колорита. Она проникает в его произведения и прочно закрепляется в них, полностью растворяясь в языке. Она перестаёт быть изолированной от литературной речи, превращаясь в равноправный элемент и органически соединяясь с высокими, книжными средствами языка. Пожалуй, за это мы ещё больше ценим и любим пушкинские произведения.

Да, история литературного языка не складывается из языка произведений отдельных писателей. Но несомненно, что именно творчество Пушкина воплотило в наиболее совершенной форме особенности русской литературной речи того периода и оказало огромное влияние на её развитие.

Источник

Простыми словами о самом интересном